«Мяне няма»: молодое беларусское издательство, чьи книги берут не только содержанием, но и эстетикой


Поговорили с издателем Павлом Антиповым про концепцию, команду, критерии отбора рукописей и важность современного и стильного дизайна.

«Мяне няма» выпускает современную литературу на беларусском и русском языках, концентрируясь на поиске новых голосов и неформатных текстов, которые выпадают из поля зрения других издательств. При этом команда уделяет много внимания дизайну, верстке и выбору материалов, чтобы соприкосновение с книгой приносило читателям удовольствие.


— С какими текстами вы работаете, а с какими — нет?
— Мы работаем с современными беларусскими писателями и писательницами, печатаем прозу, поэзию, эссеистику и другие художественные жанры. Беллит без лимитов и цензуры — так мы видим свою задачу. Дело в том, что у нас пишется достаточно большое количество книг, которые по тем или иным причинам не попадают к читателю: что-то выбивается из формата классических издательств, что-то не подходит им по теме, какие-то лакуны и вовсе необъяснимы. Например, Татьяна Замировская, уже состоявшаяся и известная писательница, почему-то ни разу не издавалась в Беларуси. Почему? Сложно сказать, но вот так вышло. Кроме того, существует вызов первой книги — ее, как правило, сложнее издать, чем последующие. А это как раз-таки очень важно, потому что так в беларусской литературе появляются новые имена, новые самобытные голоса. Другие издательства выпускают переводную литературу, делают какие-то грантовые вещи, тогда как наш главный фокус — это невидимые книги, которые и существуют, и нет: они написаны, но пока не обрели физическое воплощение. Название издательства говорит само за себя: мы работаем из точки отсутствия, из этого очень беларусского чувства невидимости. «Мяне няма» — это то, что мы хотели бы преодолеть.

— А откуда берется эта невидимость? Почему современные беларусские тексты попадают в ситуацию двойственности, написанные и отсутствующие одновременно?
— Беларусь — это, как мне кажется, такая черная дыра на рынке книгоиздания. Когда разговариваешь с издателями из любой другой страны — России, Украины, Польши, Литвы, Латвии — ты понимаешь, насколько у них всё есть и насколько этого нет у нас. Возникает чувство «мяне няма». И тут бесполезно выкатывать какие-то претензии издательствам, потому что они работают вне тех условий, которые есть в соседних странах — без институциональной поддержки, без налоговых льгот и работающих механизмов, важных для распространения книг. Многие вещи, которые в беларусском книгоиздательстве называются так же, как в других странах, на самом деле имеют другое наполнение, за ними стоят другие практики и трудности. Скажем, у нас за книги такой же налог на прибыль, как, например, за колбасу, и такой же налог на добавленную стоимость. То есть чисто экономически издательствам невероятно сложно выживать. Плюс в Беларуси нельзя взять и создать издательство — нужно сдать квалификационный экзамен и зарегистрироваться в министерстве информации, что непросто. Эти условия невозможно ни с чем сравнивать.
— Тебе не кажется, что одна из проблем — это отсутствие прозрачности?
— Думаю, нам действительно не хватает открытой информации о тиражах и продажах разных издательств, чтобы можно было ориентироваться на статистику и анализировать закономерности. Но многими вещами издатели и так делятся, и я, сам став издателем, почувствовал, насколько это поддерживающее и отзывчивое комьюнити: без помощи коллег ряд вопросов нам было бы куда сложнее решить. Кто-то, например, берет на реализацию наши книжки — и за это мы очень благодарны.
Я в своей литературно-организационной деятельности, назовем ее так, придерживаюсь правила, что все должно быть максимально понятно и прозрачно. Соответственно, я попытался составить текст договора с авторами так, чтобы там было минимум пунктов — только то, что важно по существу: авторские отчисления и количество авторских экземпляров, какие нам передаются права. Причем мы не забираем никакие права, которыми мы не будем пользоваться: например, право на экранизацию и перевод. Я видел такие пункты в договорах других беларусских издательств, потому что это, вероятно, типовая формулировка, но мы не стали идти по пути копирования этого шаблона, а сделали договор максимально четким, коротким и внятным. Автор должен видеть для себя пользу в сотрудничестве с нами и не подвергаться каким-то бессмысленным ограничениям.

— Расскажи про вашу команду. Сколько нужно людей, чтобы делать издательство?
— У нас в команде пять человек: это я, Паша Антипов, дизайнеры Игорь Юхневич и Саша Пожиток, культурный критик Максим Жбанков и менеджерка Дарья Ситникова.
Наша потенциальная точка роста — продвижение. Нам очень не хватает пиар-специалиста или специалистки. Сейчас продвижением по мере возможности приходится заниматься всем. Пиар — очень коммерческая сфера, а мы, к сожалению, не можем прельстить зарплатой. Остается надеяться, что кто-то проникнется нашей культурной миссией и захочет посотрудничать с нами «для кармы». У нас в команде горизонтальная структура, и мы умудряемся полгода существовать и о чем-то договариваться, оставаясь единомышленниками и удерживаясь в общем видении проекта.

— На кого вы ориентируетесь, планируя продвижение книг: на беларусов зарубежья или на всех беларусов?
— Мы ориентируемся на всех, и цифры продаж показывают, что этот расчет правильный. Примерно 40% книг идет для Беларуси, 40% для Европы и 20% процентов географически чуть подальше — Америка, Австралия, Новая Зеландия.
— Как вы сейчас формируете издательский портфель? Вы сами связываетесь с авторами и авторками, с которыми хотели бы сотрудничать, или и принимаете рукописи тоже?
— Я работаю в беларусском литературном процессе более десяти лет и считаю, что у меня есть некоторая экспертность и знакомства с людьми, которые пишут. Так что, в принципе, на ближайшее время у нас есть пул авторов, которых мы хотели бы напечатать. И Максим Жбанков подкидывает идеи, и от наших дизайнеров тоже прилетают очень интересные варианты. Вот так и формируется портфель. На данный момент у нас есть 29 книг в разной степени готовности, 5 из них уже изданы. Так что на ближайшие года некоторый материал уже имеется, при этом мы ждем и новых рукописей.
— Расскажи про книги, которые вы уже издали.
— Мы стартовали с книгой беларусского философа Валентина Акудовича «Мяне няма», в честь которой и названо наше издательство. В этом тексте Акудович концептуализирует и изучает чувство отсутствия, невидимости, характерное для беларусского контекста.
Потом мы выпустили «Забыть в электричке» Сергея Кравченко, который многим известен как музыкант Port Mone, Polyn и SK.EIN. Сергей пишет на стыке эссе и поэтической миниатюры.
После появились сразу три книги.

Роман «Варшава» Владимира Козлова, который был издан двадцать лет назад и с тех пор не переиздавался. Это интересная книга, которая рассказывает о Беларуси 90-х, тогдашних перепутьях и трансформациях. Текст помогает кому-то вспомнить, а кому-то и узнать, что мир не всегда был такой, как сейчас.

Сборник вершаў «Гіброіды» Сяргея Прылуцкага. Стихи панк-литератора проникнуты ощущением скорого трындеца.
И сборник «чорны лес» Тони Лашдена — деколониальный эко-хоррор.
Я уже слышал вопрос, адресованный издательству: а че так мужиков много? Но в списке у нас достаточно женщин. Просто так получилось, что самыми подготовленными к печати были вот эти пять рукописей.

НО ВПЕРЕДИ У НАС ЕЩЕ МНОГО РАЗНЫХ КНИГ.

Купить книги издательства «Мяне няма» из любой страны можно вот здесь





иллюстрации — вдовiй горбiк
Made on
Tilda